suju-remix
Only mustaches, only SuJu
Название: Профессия - эльф.
Автор: Haide Mai
Ключ: Квебек.
Пейринг/другие персонажи: Чжоу Ми, Хичоль, Хань Гэн, Хёкджэ.
Рейтинг: PG-13.
Жанр: Слэш (яой), романтика, повседневность, AU.
Размер: мини (~5 200 слов).
Краткое содержание: Работа помощником Санты - очень ответственное дело, требующее полной отдачи и отсутствия эгоизма. Но порой так хочется совершить чудо для самого себя. Особенно, если это чудо о любви.
Комментарий автора: не добечено тт тт Всех с праздниками~

Услышав на лестнице знакомый спешащие шаги, Чжоу Ми улыбнулся. Оторвавшись от рабочих бумаг, он поднял взгляд и посмотрел на дверь, ровно в тот момент, когда она открылась, и в дом вбежал взъерошенный парень.
- Чжоу Ми, Чжоу Ми, Ми! – парень пробежал через комнату, кидаясь к нему. – Ми, мне нужна твоя помощь!
- Что такое?
- Я влюбился. В этот раз точно.
- Когда, пять минут назад?
- Нет, еще в прошлую неделю. Я специально не пошел к тебе сразу – вдруг передумаю?
Ми засмеялся, качая головой – он уже привык к этим выходкам своего коллеги по цеху и не удивлялся абсолютно ничему.
- И кто же в этот раз, Хёкджэ?
- О, она такая, такая… Красивая.
- Снова?
- Нет, еще она добрая, у нее красивая улыбка, и волосы такие мягкие. Я еще не трогал, но уверен, что они очень мягкие. Я встретился с ней в парке у реки.
- Ты, я вижу, оттуда не уходишь. Что не любовь, так встретил в парке у реки.
- Что ты, в самом деле?- возмутился Хёкджэ. – Лучше скажи, ты поможешь? Ну, пожалуйста, Ми. Сделаю взамен все, что ты хочешь. Скажи, что хочешь от меня? Все делаю.
Чжоу Ми тихо усмехнулся, но в глазах мелькнула едва заметная тоска. Сложно быть эльфом, исполняющим желания, загаданные о любви, при этом не пользуясь собственными силами в личных целях. Сапожник без сапог – помощник Санты без любви. Конечно, Ми не любил, когда их называли помощниками Санты, но именно это было написано в его трудовой на протяжении вот уже пятидесяти лет. Приходилось мириться и проглатывать это обидное название, про себя добавляя, что он – эльф.
Но не это заставляло Ми каждый раз с тоской вздыхать, когда в его рабочем офисе (на самом деле это был дом Чжоу Ми) появлялся Хёкджэ, убежденный, что влюбился по-настоящему, и требовавший помощи коллеги. Отказать ему Ми, конечно, не мог, как и сказать правду, поэтому страдал каждый раз, когда с улыбкой обещал помочь Хёкджэ в делах сердечных.
- Поможешь, а?
- Как хотя бы зовут твою любовь всей жизни. Ты знаешь?
- О, у нее красивое имя. И очень ей подходящее. – Хёкджэ едва не пустился в долгие объяснения, но вовремя опомнился. – Виктория. Ее зовут Виктория. Правда, красивое имя?
- Красивое. А ты уверен, что любишь ее?
- Конечно.
- Насколько «конечно»? Как в прошлый раз на две недели?
- Нет, это точно та, которую я искал всю жизнь. – Хёкджэ активно замотал головой, пытаясь убедить Ми, что не придет через пару дней обратно, признавая ошибку.
- Сколько их было, этих, которых ты всю жизнь искал?
Хёкджэ задумался и стал загибать пальцы. Активная мыслительная деятельность отразилась на его лице. Любой другой посчитал бы сейчас этого парня весьма смешным, но Ми всегда смотрел на него иным взглядом. Сняв очки для чтения, он подпер подбородок рукой и меланхолично вздохнул, пока Хёкджэ проговаривал имена своих пассий.
Была у Хёкджэ такая особенность: он влюблялся быстро, а самое главное «один раз и на всю жизнь». Раз в пару месяцев Хёкджэ влетал в дом Ми, словно ураган и тараторил что-то о вечной любви, невозможности жить без новой избранницы и слезно умолял выполнить его желание: чтобы девушка ответила взаимностью. Иногда Ми думал, как бы отомстить Хёкджэ за его беспечность и на собственном примере показать, как надоедают услуги «по дружбе». Но Хёкджэ был эльфом, отвечающим за исполнение желаний о путешествиях, а без лишней необходимости Ми не то что покидать город, даже собственную квартиру не желал. Его вполне устраивал Квебек – здесь было тихо, редко происходило что-то из ряда вон выходящее, а самое главное: отсюда удобнее всего работалось. Ведь работа помощником Санты – дело ответственное.
- Двадцать три, - наконец посчитал Хёкджэ. – Но эта последняя, я точно знаю.
- Точно?
- Да. Исполни последнее мое желание, и я больше никогда не потревожу тебя.
«Лучше влюбляйся не в тех женщин каждый день».
- Договорились. Итак, Виктория, да? Считай, она в тебя уже влюблена.
- Спасибо. Спасибо, Чжоу Ми, ты настоящий друг.
- Не называй меня так, - Ми будто нехотя принял крепкие объятия Хёкджэ, хотя в душе все обмерло от теплых руки, сжавших его плечи.
- Обещаю, больше я тебя тревожить не буду. Вот, что хочешь отдам за это, ну вот… Хочешь, кругосветное путешествие устрою? А?
«Лучше бы ты отдал мне свое сердце», - Ми вымученно улыбнулся, стараясь казаться воодушевленным. Нет, он любил свою работу: дарить людям одно из самых удивительных чувств, поселять в их сердцах ростки волшебных цветков, бутоны которых порой не увядают и через десятилетия – Ми гордился тем, что делал. Но только не в случае Хёкджэ.

- Просто скажи ему.
- Сказать что? – уточнил Ми, разливая вермут по стаканам.
- Что любишь его. Это же не сложно. Если посчитать… Три слова.
- Ох, Гэн, у тебя так все просто.
- А у него всегда все просто, даже исполнение желаний, - сказал парень, вышедший на веранду.
- Хичоль, никто не виноват, что ты устроился на должность помощника Санты по желаниям красоты.
- О, иногда это очень забавно. На прошлой неделе я получил письмо от девушки, которая загадала стать еще худее.
- Ничего нового, - отмахнулся от коллеги Гэн. – Сложнее исполнять желания о домашних любимцах. Сегодня читал письмо от мальчика из Парижа. Он загадал, чтобы его хомяк Фрэнк попал в хомячий рай. Вот где я найду ему это? Где?
- Отправь в обычный рай, - посоветовал Ми.
- Чтобы мне потом по шапке надавали? Я, конечно, предпочитаю сдавать квартальные отчеты без недостач, но это перебор. Хомяк в человеческом рае.
Хичоль усмехнулся, представляя этого самого хомяка, разгуливающим в костюме-тройке по раю среди девственниц и вечно цветущих деревьев.
- В самом деле, ты как последний идиот ведешь себя с Хёкджэ. – Гэн покачал головой. – Столько лет самозабвенно исполняешь его желания. Допрыгаешься – найдет себе «ту самую, единственную», и не останется тебе шанса.
- Лучше бы его в себя влюбил, чем баб ему помогал находить. – Вновь вставил свое веское слово Хичоль.
- Как пошло, - поморщился Ми. – Ты же знаешь, если это не будет настоящее чувство, пара вместе не останется. Я могу хоть каждый день пытаться сделать это, но Хёкджэ меня не полюбил, если в его сердце не появится искреннего чувства.
- Мог бы и попытаться.
- Ой, Хичоль, советник из тебя по любовным делам так себе, – Вздохнул Гэн.
Обидевшись на коллегу, Хичоль выхватил из руки Гэна стакан с вермутом и осушил его в один глоток. Сомнительная месть, но Хичоль был уверен, что поступил по совести. Каждую пятницу в конце рабочей недели они собирались в доме Гэна, на летней веранде, обсуждая последние новости и делясь проблемами. Чаще приходилось слушать о бедах Хичоля: в парикмахерской не так подстригли, соседская девочка опять перепутала с девушкой, кот заболел лишаем (в момент, когда Хичоль говорил об этом, Гэн как-то странно улыбался), в магазине не нашлось идеальной рубашки, подчеркивающей красоту Хичоля. Но бывали дни, когда Хичоль молчал, позволяя Ми в который раз пожаловаться на свою бессмысленную привязанность к одному из коллег по цеху. Хёкджэ и его вечные истории любви стали своего рода пятничной присказкой. Даже Гэн с его нелюбовью обсуждать людей за спиной, умудрялся подшучивать над Ми и говорить, что Хёкджэ слепой идиот. Ведь обычно только идиоты не замечают столь очевидных вещей как любовь.
- Вот что я тебе скажу, друг мой, - Хичоль уже был достаточно пьян, чтобы развалиться в кресле, закинув ноги на колени Гэна. – Лучший способ доказать свою любовь: поставить человека перед фактом. Так, мол, и так, люблю я тебя, убогого, будь со мной.
- Никакой романтики в тебе, Хичоль, - вздохнул Ми.
- Зато способ действенный. Если бы я вот так не пришел к Гэну, и не сказал, что люблю, не было бы этих десяти лет совместной жизни.
- Что-то ты завираешься, - Гэн хитро посмотрел на собеседника. – Не припомню, чтобы ты вот так эффектно сообщал мне о своей любви.
- Давай-ка послушаем твою версию.
- Насколько мне не изменяет память – а я на нее никогда не жаловался – ты пьяный посреди ночи завалился ко мне в дом, сломав дверь. А после часа два ревел и извергал не самые романтические пьяные признания в любви.
- Не было такого!
- Нет, все именно так и было.
- Врешь все.
- Не-а, - Гэн на секунду отвернулся, прикрывая ладонью зевок. Они засиделись допоздна: на востоке небо начало уже светлеть.
- Такие признания в любви точно не по мне, - покачал головой Ми.
- Тогда сиди и страдай дальше. Быть может, однажды Хёкджэ наконец догадается, если не найдет раньше себе любовь всей жизни.
- Не найдет, - улыбнулся Гэн. – У него это любовь всей жизни длится от силы месяц. Лучше просто скажи ему. Или намекни. Сделай первый шаг.
Вынужденно кивнув, Ми вновь погрустнел. Не сможет он этого сделать, пока все звезды на небе не выстроятся в нужном порядке, чтобы сподвигнуть его на такое великое дело.

- Ох, Чжоу Ми, - протяжно произнес Хёкджэ, едва дверь перед ним раскрылась, позволяя войти в дом. – Она меня отвергла.
- Сожалею.
- А ты точно сделал всё?
- Абсолютно. – Уверенный кивок.
- Но тогда почему? – Драма на лице Хёкджэ призывала пожалеть парня, но Ми стойко перенес непреодолимое желание обнять и утешить коллегу.
- Если это не настоящее чувство, ничего не получится.
- Да знаю я. Просто надеялся, что в этот-то раз все точно выйдет.
Хёкджэ тяжко вздохнул и прошел вперед, чтобы рухнуть на диван. Порой его поведение заставляло Ми ненавидеть его. Полностью поглощенный собственными страданиями, Хёкджэ лежал, запрокинув голову и, кажется, не собирался вставать. Пришлось проявить гостеприимство, и Ми предложил ему чай. Пока он был на кухне, у Ми появилось немного времени, чтобы придумать план действий. Разбитое сердце лечится заботой – как специалист по любовным делам, Ми знал это. Вот только нужно было собрать из всех закоулков души мужество и сделать первый шаг. Советы Гэна выглядели простыми только на словах. На деле Ми боялся даже подойти близко к Хёкджэ, не то что заговорить о своих чувствах. Виня себя за неудачи Хёкджэ на любовном фронте, Ми готов был разбиться в лепешку, лишь бы угодить ему. Вот и сейчас, едва Хёкджэ пожаловался, что хочет заесть несчастье сладким, Ми стал искать по кухонным ящикам печенье и конфеты.
Эльф, ответственный за исполнение желаний о путешествиях, продолжал что-то гнусаво бубнить себе под нос, иногда шмыгая, а Ми в панике пытался вспомнить, где ближайший круглосуточный магазин, потому что в доме не нашлось ни единой сладости.
- Знаешь, я решил.
- Что? – Ми выглянул из кухни.
- Все, с меня хватит. Никакой больше любви. Хватит с меня. Столько лет неудач – это явно знак.
- Знак к чему?
- Что я навсегда останусь один. В этом мое предназначение. Сам подумай, ну какой из меня эльф, если я не стану исполнять свои обязанности из-за любви?
- Погоди, ты хочешь сказать, что больше не собираешься влюбляться? А если завтра ты встретишь кого-то, с кем захочешь прожить всю жизнь?
- Нет, с меня хватит. Буду один. Это точно.
- Нельзя так. Хёкджэ, не смей отчаиваться.
- Столько неудач, пора бы уже остановиться.
- Ты так просто хочешь все бросить, только потому что эта девушка оказалась не твоей судьбой?
- Вот скажи, Чжоу Ми, что бы ты сам делал на моем месте? Двадцать четыре раза мне не везло. Неужели на двадцать пятый мне повезет?
- Несомненно. Просто тебе нужно… Оглядеться по сторонам.
Хёкджэ протяжно застонал, переворачиваясь на живот и утыкаясь лицом в диван. Такие подвиги были явно не для него.
- Давай, ты подумаешь еще раз о том отказываться от любви или нет, пока я буду в магазине, - направляясь к двери, предложил Ми. – Что скажешь?
- А ты купишь мне зефир?
- Зефир?
- Именно его.
Ми кивнул, и вышел из квартиры, сохраняя спокойствие. Но стоило замку щелкнуть, как он быстро стал хлопать по карманам ветровки в поисках телефона. Бегом несясь к магазину, который в этот час еще должен был работать, Ми набирал номер коллеги.
- Алло, Гэн?
- Ты видел, сколько сейчас времени?
- Знаю, знаю, поздно. Но мне нужен совет. Хёкджэ сейчас у меня.
- Кто это? Ми? Скажи этому неудачнику, чтобы звонил, когда решит завести кота или поправить свой нос, - в трубку посыпалась отборная брань: Хичоль, если его разбудить, становился невыносимым грубияном.
- Подожди секунду, выйду на балкон. – Гэн засопел, видимо, пытаясь вылезти из постели, не потревожив Хичоля. – Итак, что там у тебя?
- Хёкджэ пришел ко мне жаловаться, что та девушка отвергла его. И теперь он хочет вообще отказаться от любви. Что мне делать?
- Разве ты не этого хотел: чтобы он перестал увязываться за каждой мало-мальски подходящей девушкой?
- Да, но…
- «Но», вот именно оно всегда все портит. Нужно говорит «и» вместо этого. Запомни.
- Хорошо. Еще раз – да, и я рад, что он не собирается завтра искать какую-нибудь девушку, а потом прибегать ко мне и просить, чтобы она влюбилась. Вот только я не рад, что он собирается отказаться от любви навсегда.
- И правильно, потому что тогда тебе не светит вообще ничего.
- Именно.
- Что мне делать? Сейчас идеальный момент, чтобы попытаться сделать что-нибудь, вот только я не знаю, что. – Ми вбежал в магазин, попутно здороваясь с сонным продавцом на кассе по-китайски. – Веришь, нет: я абсолютный ноль, когда дело касается ухаживаний и прочего.
- Это уж точно. Не помню, чтобы у тебя кто-то был, а мы ведь знакомы лет сорок уже.
- Поэтому мне нужен твой совет. У тебя-то хотя бы Хичоль есть.
- Сомнительное преимущество, - тихо усмехнулся Гэн. – Ладно, ты сейчас где?
- Пошел в магазин. Хёкджэ хотел что-нибудь сладкое, а у меня дома не нашлось даже конфет.
- Забудь про конфеты. Иди в отдел с алкоголем.
- Зачем?
- Ну, он же сейчас переживает, страдает, так? Будешь лечить душевные раны Хёкджэ, а потом, когда он дойдет до определенной кондиции, да и ты тоже, можно будет действовать. Надеюсь, в этом тебе помощь не потребуется?
- Что лучше взять? – Ми встал перед полками с алкоголем: выбор большой, но что должно подойти к ситуации?
- Водка бы решила твои проблемы наверняка, но если бы ты собирался споить его до невменяемого состояния и закопать на заднем дворе. Вино не бери – не все его любят. К тому же это подходит для романтического ужина с девушками. Лучше бери классику – виски и пиво: во-первых, он не заподозрит ничего, во-вторых, пьянеешь быстрее с такого, но не до отключки.
- А если он откажется?
- Что значит откажется?! Ему сердце разбили, такое лечат алкоголем, а не зефиром.
Ми удивился, откуда Гэн мог узнать о зефире, но не успел спросить.
- Все запомнил? Виски, пиво, разговор по душам и признание в любви. Справишься?
- Надеюсь.
- Ты уж постарайся, - искренне попросил Гэн. – Мне пора, Хичоль, похоже, проснулся окончательно.
- Спасибо за советы.
Засунув телефон в карман, Ми взял с полок все необходимое и направился к кассе. Пока продавец проводил сканером по штрих-кодам, Ми разглядывал полки с печеньем: все же было некрасиво возвращаться домой без зефира.
Почти так же бегом Ми добрался до дома, надеясь, что Хёкджэ находится в том же состоянии, в каком он его оставил. Удача благоволила. Теперь Хёкджэ лежал на боку и бездумно тыкал с канала на канал, пытаясь найти в телевизоре что-нибудь подходящее его нынешнему состоянию. Сейчас он был похож на самого несчастного в мире человека, и от этого совесть Ми лишь сильнее начинала грызть эльфа, занимающегося решением проблем в делах сердечных. Как он мог так поступать с Хёкджэ?
- Зефира в магазине не было, - соврал Ми, садясь на край дивана. – Но было пиво и виски.
- Ты читаешь мои мысли, – без особого воодушевления произнес Хёкджэ. – Я уже не особо хочу сладкое, а вот выпить не откажусь.
Кое-как разложившись рядом, Ми преступил к воплощению плана, составлено Гэном. Напоить Хёкджэ оказалось легко: тот сам охотно опрокидывал рюмку за рюмкой, непременно смешивая с пивом, отчего эффект опьянения достигся в разы быстрее. Даже слишком быстро. Ми толком не успел придумать, что говорить, как пора было начинать разговор о своих чувствах.
- Мне надо остепениться и перестать искать любовь, знаешь, - Хёкджэ пришел в еще более удрученное состояние. – Пора уже перестать верить в эту ерунду. Любви не бывает. Прости, Ми, я знаю, ты к этому относишься иначе.
- Любовь есть. Просто ты не там ищешь, как и многие другие. Знаешь, как я это называю? Любовная дальнозоркость: люди не видят вокруг ничего и не замечают своего шанса, постоянно выискивая нужного человека где-то за линией горизонта.
- Может ты и прав. Тогда я настоящий идиот с очень плохим зрением, раз не вижу своей судьбы прямо под носом.
- Тебе просто нужно отдохнуть от всего этого. – Уверенным тоном произнес Ми. – И тогда все само наладится.
- Нет, я уже решил точно, что больше не буду ничего делать. Пусть остается так.
Хёкджэ вылил рюмку в стакан с пивом и осушил все один глоток. Чувствуя, как голова закружилась, он тихо запричитал, говоря о том, чтобы Ми больше не давал ему пить и попытался сесть глубже на диван. В пьяном состоянии любая поза казалась неудобной, поэтому Ми пришлось долго наблюдать, как Хёкджэ ищет удобное положение. Успев спихнуть Ми на край, ударить в ребра пяткой и вновь усадить на середине дивана, Хёкджэ схватил одну из подушек и положил под бок. Идеальное положение, казалось, уже нашлось, но Хёкджэ вновь недовольно закряхтел и поднялся. Ми наблюдал за ним с легким недоумением, рожденным алкоголем в крови, но неожиданно протрезвел, когда Хёкджэ навалился на него всем весом, заставляя лечь на диван. Нисколько не интересуясь, удобно ли Ми, он кинул подушку на плечо парня и лег. Недовольное сопение под боком постепенно превратилось в ровное дыхание, но Ми не мог расслабиться, понимая, что к такому жизнь его все еще не подготовила.
- Удобно? – тихо поинтересовался он, решив таким образом выяснить, не уснул ли Хёкджэ.
- Ми, можно вопрос? Как ты сам справляешь со всем этим. Ты ведь каждый день выполняешь желания, сводишь пары, находишь людям их вторые половинки, даришь любовь, но сам не пользуешься этим. Тебе не трудно быть одному?
- Совершенно нет.
- А ты любил когда-нибудь?
- Любил. И люблю.
- Да? – Хёкджэ оживился, резко вскидывая голову и поворачиваясь к Ми. – Почему ты тогда один? Боишься, что это будет мешать работе?
- Этого я точно не боюсь.
- Тогда почему? Кого ты любишь?
- Тебя.
Замерев и стараясь даже не дышать, Ми наблюдал за реакцией Хёкджэ, в глазах которого в этот момент не имелось ни единого намека на осознанное мышление. Застывшая на лице улыбка медленно сползала, и Хёкджэ тихо протянул глубокомысленное «Ооо». Кажется, до него так и не дошел смысл услышанного, потому что в следующую секунду он лег обратно, вдобавок прижимая Ми к дивану рукой, закинутой на живот эльфа.
- Ты смешной. – Заключил Хёкджэ.
- Я серьезно.
- Нет.
- Да.
- Тогда почему я до сих пор не влюбился в тебя? – в голосе Хёкджэ стали появляться ленивые сонные нотки.
- Потому что я не загадывал этого.
- Ну и зря. Глупо иметь силу, которая позволяет людям влюбляться, и самому этим не пользоваться.
- А ты бы был рад этому?
- Вряд ли.
Ми вдруг стало обидно. Конечно, в пьяном состоянии Хёкджэ мог не осознавать того, что говорит, но достаточно было того, что Ми понимает вкладываемых в его слова смысл. Поджав губы, он отвернулся к окну, пытаясь побороть поднявшуюся в душе обиду. Пока Ми справлялся с этим почти детским чувством, Хёкджэ успел заснуть, окончательно лишив его возможности встать с дивана. Конечно, идя на поводу у оскорбленных светлых чувств, Ми мог без зазрения совести спихнуть Хёкджэ с себя и уйти спать на свою кровать, но совесть и все те же чувства не позволили сделать ему это.
Осадок в душе остался, но не настолько сильный, чтобы Ми не мог уснуть, разморенный чужим теплом. Спал он до обеда, а когда открыл глаза, Хёкджэ рядом не оказалось. Зато нашлась записка на столе с благодарностью за то, что выслушал в очередной раз историю о несчастной любви, и обещанием больше никогда не докучать со своими проблемами.

- Я всегда говорил, что Хёкджэ с придурью. – С умным видом Хичоль перебирал листки с загаданным людьми желаниями, отправляя половину сразу же в шредер, который охотно принимал бумагу, утробно гудя и превращая ее в мелкие полоски.
- Похоже, мне можно ставить крест на своей любви. Вряд ли он вообще ко мне когда-нибудь придет после того, что было.
- А что было-то, Ми? Ты его изнасиловал как будто. Даже не поцеловал.
Рабочий процесс был в самом разгаре, хотя это не мешало Хичолю слушать жалобы коллеги, попутно отпуская колкие замечания в адрес Хёкджэ.
- Хах, смотри: «Хочу красивые ноги, как у Арианы». Какие же девочки нынче одинаковые, едва исполнится десять лет, уж хотят себе и ноги как у Арианы, и губы, как у Кары, и… - Хичоль запнулся. – О, кажется, я ошибся. Айзек ведь мужское имя?
- Вроде бы.
- Тогда – нет. – Еще один листок отправился в шредер. – Перестань уже зацикливаться на неудачах. Думай о хорошем. Хочешь, я тебе нос поправлю или еще что-нибудь? Может, найдешь себе кого-нибудь более достойного, чем Хёкджэ.
- Не хочу я никого другого, что ты пристал, - недовольно пробормотал Ми, непроизвольно касаясь своего носа в попытке понять, что с ним не так. – Я просто хочу пожаловаться кому-нибудь и уже забыть все, как страшный сон.
Хичоль развел руками – он сделал все, что было в его силах, чтобы хоть как-то ободрить Ми. По личному и несомненно авторитетному мнению Хичоля любовь к Хёкджэ была пустой тратой времени: не стоил эльф, занимавшийся желаниями о путешествиях, того, чтобы страдать на протяжении пары десятилетий от безответной любви. Конечно, Хичоль забывал учитывать, что у него, в отличие от Ми, личная жизнь была устроена уже давно и от того объективно судить о сложившейся ситуации он не мог.
- Тебе стоит развеяться, получить новые впечатления. – Неожиданно заговорил Хичоль после нескольких минут молчания. – Не хочешь взять отпуск?
- Кто же мне его даст, - усмехнулся Ми.
- Земля пару недель без любви проживет, а вот ты… Прости, но выглядишь ты откровенно плохо.
- Заботишься обо мне? На Земле семь миллиардов людей, каждую минуту влюбляются, расстаются, находят и теряют своих возлюбленных.
- Но кроме тебя есть и другие помощники Санты. Сколько в вашем отделении эльфов?
- Сто двадцать один, если считать меня.
- Так в чем проблема? – Хичоль удивленно смотрел на Ми.
- В том, что я не хочу уезжать из Квебека. Мне здесь хорошо.
- Тогда я сдаюсь. Я сделал все, что было в моих силах. Моя совесть чиста, я больше не буду пытаться наставить тебя на путь истинный.

Отпуск, разумеется, не помог бы Ми решить проблемы на личном фронте, но отдых ему требовался. Впервые в жизни он несерьезно отнесся к своим обязанностям и стал работать в стиле, больше подходящем Хичолю: теперь в мусорной корзине оказывалась большая часть писем, которые проверял Ми. Ему не хотелось вдаваться в подробности, когда он видел, что судьба вряд ли предоставит удачный случай для тех, кто просил любви. Просили не то, не о тех и не в тот момент. Лучше было проигнорировать подобное, чем пытаться учить людей на их же горьком опыте: почему-то многие любили наступать на одни и те же грабли несколько раз, невзирая на предупреждения и напоминания. Второй причиной для утилизации такого количества писем были безнадежные просьбы об ответной любви со стороны знаменитостей. Ми даже не хотел выдумывать оправдание своему отказу решать как-то подобные проблемы сейчас. Раньше он старался подыскать кому-то в пару подходящих людей, привести в жизнь несчастных тех, кто мог подарить им свою любовь. Но то было раньше. Раньше и Хёкджэ не знал о чувствах Ми, и они могли видеться пару раз в месяц.
Первые несколько недель Ми пытался бороться с обидной и чувством, что все было сделано зря. Тогда он еще старался работать и испытывал хоть какую-то радость за тех, чьи желания исполнял. Спустя неделю он стал делать это без энтузиазма, на исходе второй он перестал думать о том, что все будет хорошо и корил себя за наивность. К третьей неделе заподозривший неладное Гэн пытался вытащить коллегу из дома, обещая пятничную пьянку и хорошую душевную компанию. Но Ми стойко вынес уговоры и отказал Гэну, ссылаясь на конец квартала и незаполненные отчеты. К концу месяца эльф даже не пытался сделать вид, что работает: на столе копились бумаги, перестали исполняться желания даже о мимолетной улыбке в сторону воздыхателей со стороны пассий, и участились случаи неудачных союзов. В их практике подобное случалось часто. Люди не всегда понимали, чего хотят, загадывали неточные желания и вообще успевали передумать до того, как за дело брались помощники Санты. Поэтому Ми не успел получить выговора «сверху» и продолжал работать кое-как, окончательно разочаровавшись в своем ремесле.
Верно сказал Хёкджэ о том, что толка в его силах мало, если Ми самому себе жизнь устроить не может.
В голову стали закрадываться мысли о том, чтобы перевестись на другую должность, когда в очередной рабочий день Ми со смесью раздражения и отвращения читал новые желания. Скомкав еще одно бессмысленное письмо, в котором какой-то студент просил, чтобы девушка с соседнего факультета наконец обратила на него внимание, Ми взял в руки новый листок. Не особо вчитываясь в его содержимое, он уже сжал край листка, готовясь отправить и это желание в корзину, как вдруг понял, от кого оно. Не веря собственным глазам, Ми даже поднялся с кресла и сдвинул очки на кончик носа.
«Мне никогда не везло в любви, хотя винить в этом некого. Разве что собственную неразборчивость. Я не привык жаловаться на этом, потому что знаю цену желаниям, ведь я и сам один из помощников Санты. Сейчас канун Рождества, и дел невпроворот. Не так давно я узнал, что меня любят. Жаловаться не на что, казалось. Ведь так я и хотел всегда, но только меня терзают сомнения, потому что я считал этого человека своим другом. С самого первого дня нашего знакомства я и представить не мог, что когда-то услышу признание в любви именно от него. Я обещал себе, что больше никогда не буду просить о том, чтобы в меня кто-то влюбился, но ведь это не значит, что я не могу загадать желание о чем-то другом, верно? Поэтому, кто бы ты ни был, эльф, которому попадет это желание в руки, сделай так, чтобы я смог решиться. Я не прошу, чтобы ты заставил этого человека разлюбить меня или наоборот, чтобы я влюбился в него, потому что знаю, что без настоящего чувства ничего не получится. Но я хочу, чтобы мне подсказали, потому что теперь мне кажется, что я снова влюбился».
Несколько раз перечитав последнее предложение, Ми кинулся к календарю, с ужасом отмечая, что сегодня канун Рождества. Это было похоже на пробуждение от долгого сна. Как он сумел настолько погрузиться в жалость к самому себе, что пропустил так много дней. Казалось, что еще вчера было начало ноября, и вот теперь на календаре было отмечено двадцать четвертое декабря. Неожиданное осознание причины, по которой в последние дни ему так часто пытались дозвониться Хичоль и Гэн, заставило Ми внутренне содрогнуться.
- Да что же это такое, - пробормотал Ми, вновь беря в руки письмо с желанием.
В голове что-то щелкнуло, и он понял, как должен поступить. Не выпуская из рук письмо, он побежал в коридор, чтобы схватить пальто. Из головы напрочь вылетели все мысли: он умудрился забыть на столе телефон, очки так и остались на носу, а ключи едва не выпали из рук, когда Ми пытался закрыть дверь. Торопясь сделать задуманное, он поймал такси на повороте у дома и быстро проговорил знакомый ему адрес. На счастье непутевого помощника Санты в джинсах осталось несколько десяток – достаточно, чтобы расплатиться с водителем.
Кому как не Ми было известно, что чудеса случаются, поэтому он нисколько не удивился, когда увидел свет в окнах квартиры Хёкджэ. Все еще с трудом веря в то, что делает, эльф добежал до двери подъезда и нажал на кнопку напротив номера квартиры коллеги.
- Да? – голос у Хёкджэ звучал неуверенно, словно он никого сегодня не ждал в гости.
- Это я, - быстро выпалил Ми.
- Чжоу Ми?
- Да, это я. Хёкджэ… У меня твое желание.
Магнитный замок сработал, и дверь раскрылась. Не теряя ни секунды, Ми кинулся к лестнице. Всего три этажа отделяли его от встречи с Хёкджэ. В голове роилось множество вариантов, что Ми хотел сказать, но выбрать что-то одно не представлялось возможным. Поэтому, когда он вбежал на лестничную площадку и увидел Хёкджэ, Ми замер.
- Привет. – Хёкджэ нервно улыбнулся. – Ты его прочел, верно?
- Ага.
Кивнув в подтверждение своих слов, Ми шагнул вперед. Сложно было заставить себя сократить расстояние, когда до цели оставались считанные метры. Запустив руку в карман, чтобы вытащить письмо, Ми подумал, что для начала стоит извиниться, но не смог вымолвить ни слова. Положение спас Хёкджэ.
- Я надеялся, что оно не попадет тебе. Один шанс на тысячу.
- На сто двадцать человек, - поправил Ми.
- Ну да. – Хёкджэ отвел взгляд, будто не зная, как поддержать разговор. – Прости. Просто я подумал, что…
Договорить ему Ми не дал, вдруг поняв, что тянуть дальше бессмысленно: либо он поцелует Хёкджэ сейчас, либо уже никогда в жизни. Сделав быстрый шаг вперед, Ми обнял его и наклонился. На несколько мгновений все внутри сжалось от страха, вдруг Хёкджэ отвернется, но губы коснулись чужих, и Ми ощутил, как его притягивают ближе. От волнения, которое он сейчас испытывал, ноги подкосились, и если бы Хёкджэ не отступил назад, чтобы зайти в квартиру, они бы непременно упали на пол. Дверь захлопнулась, а Ми даже боялся оторваться от Хёкджэ, думая, что все это наваждение. Но затянувшийся до неприличия поцелуй все-таки пришлось прервать, и Ми шумно вздохнул.
- То, что ты написал, это правда?
- Я не думал, что ты любишь меня. Мне казалось, что ты помогаешь мне, потому что мы друзья. И если честно, я не знал, как отреагировать, поэтому ушел, как только проснулся. А потом, не знаю, как так вышло: чем больше я думал о твоих словах, тем больше казалось, что у меня тоже появились какие-то чувства. Извини, что не замечал твоих чувств.
Ми улыбнулся. Ради этого момента он готов был простить Хёкджэ многое.
- Скажи честно, ты действительно ни разу не пытался сделать что-то с помощью своих сил?
- Чтобы влюбить в тебя девушек – да, чтобы влюбить тебя в меня – нет.
- Тогда я уверен, что это мои чувства, - кивнул Хёкджэ. – Ты был прав: стоило искать свою судьбу гораздо ближе. Ты ведь еще не разлюбил меня?
Отрицательно покачав головой, Ми снова обнял Хёкджэ, наконец чувствуя себя счастливым.

- Уверен? – Гэн оторвался от писем с желаниями и взглянул на Хичоля, пытавшегося размазать скраб по лицу ровным слоем.
- Абсолютно. Если Ми прочел письмо, он уже у Хёкджэ.
- Как ты вообще узнал об этом письме?
- Ну, мне позвонил один знакомый эльф, сказал, что получил желание от коллеги из Квебека. Решил спросить у меня, знаю ли я такого парня. Я сказал, что знаю и буду очень признателен ему, если он отправит желание в наше отделение. Мол, у нас с Южной Кореей разница во времени, желание может задержаться, а скоро Рождество.
- Что еще за знакомый? – Гэн с подозрением покосился на Хичоля.
- Хороший.
- Ты пользовался его услугами?
- Так-так, ты сомневаешься, что в меня по доброй воле нельзя влюбиться? Я не понял, Гэн, ты разлюбил меня?
- Конечно же, нет, но лучше было спросить.
- Он обращался ко мне с одной просьбой. У него есть пес, как же его… Бакс, Баг, Пакси? Или Багси. Вроде так. Так вот этот пес до невозможности уродлив. Когда он прислал фото этого пса, клянусь, я не спал два дня. Как добрый помощник Санты я не мог не исполнить его желание о том, чтобы пес стал хоть чуточку симпатичнее. Знаешь, сложно не помочь, когда дети при виде пса на прогулке начинают реветь, а женщины рожают раньше времени.
Гэн с сомнением посмотрел на Хичоля, который явно привирал.
- Он мне задолжал, поэтому я решил воспользоваться шансом и помочь нашему многострадальному Чжоу Ми с решением проблем в личной жизни. Вот и все.
- И ты сделал это безвозмездно?
- Разумеется.
- Врешь.
- Нет. Гэн, как ты можешь сомневаться в моей доброте?
- Потому что просто так ты ничего не сделаешь.
- Ладно, если тебе так угодно… Я сделал это ради нашего с тобой спокойствия. Неужели тебя самого за столько лет не достали жалобы Ми?
- Немного, - честно признался Гэн.
Хичоль удовлетворенно улыбнулся. Ему нравилось, когда проблемы решались так просто. Ведь в душе он был романтиком, пусть и не слишком добрым.

@темы: G: AU, G: повседневность, G: романтика, G: слэш, M: Ким Хичоль, M: Ли Хёкдже, M: Хангён, M: Чжоу Ми, R: PG-13, S: мини, SS'14 Beijing [fiction]